Выборы окончены или только начались?

18.09.2017
Раздел: Публикации

Неделю назад в стране прошел единый день голосования. Острые эмоции улеглись, самое время спокойно и по порядку подвести его политические итоги.

10 сентября проходили выборы разных уровней, но мы сосредоточимся на двух из них – губернаторских и выборах муниципальных депутатов в Москве  –  поскольку, именно они будут иметь наибольшие политические последствия.

Губернаторские выборы

Губернаторов выбирали в 16 регионах страны. Победителей можно разделить на два класса: старые тяжеловесы, губернаторы, находящиеся у власти уже несколько сроков и сумевшие создать элитный консенсус, и молодые выдвиженцы, исполнявшие обязанности губернаторов в последние месяцы.

Если сравнивать результаты не отдельных губернаторов-победителей, а именно групп, то можно увидеть много интересного.

Во-первых, стиль кампании: у «новых» упор на конкретные дела, даже если их ещё не очень много. Популизм и патернализм остались для них в прошлом. Во-вторых, у новичков в среднем более высокие показатели, чем у тяжеловесов. И это, наверное, самое важное.

Это может показаться парадоксальным: при более мягком стиле ведения кампании новички в командном зачете победили старожилов. Но если вдуматься, никакого парадокса здесь нет, есть принципиальные отличия этих выборов от всех предыдущих.

У современного электората – по крайне мере, у его части – впервые после начала 90-х годов появился запрос на отказ от патернализма и уж тем более популизма. Причина этого очевидна: смена поколений не только в политике, но и в обществе.

Патернализм востребован неуверенными в своем будущем бедняками: владейте нами, но гарантируйте нам покой и стабильность. Но сегодня выросло поколение, которое не ждет помощи от государства, ему, скорее, нужно, чтобы государство не мешало. С другой стороны, представители нового поколения более рациональны, их уже нельзя купить невыполнимыми обещаниями, которые для них раздражитель. То есть само развитие российского общества создало запрос на изменение стиля российской политики. И новички, как наиболее соответствующие новому стилю, получили поддержку нового поколения.

Но при всей важности вышесказанного, и это не может быть главной причиной победы новых людей. Новое поколение играет большую роль в жизни общества, но явно не является его большинством. Поэтому для победы одной поддержки нового поколения явно не достаточно. Но победа «новых» полная и абсолютная. Почему?

Вот здесь и проявляется главный фактор этих выборов – фактор президента. Все новые люди – это выдвиженцы, поддержанные и назначенные Владимиром Путиным. Голосование по ним, хочет того Кремль или нет, было референдумом по доверию президенту, а выступавшие против новичков могли рассматриваться как выступающие против президента. Поскольку Путин с его авторитетом не мог проиграть этот референдум, не могли проиграть и новички. И в этом главный, но не единственный секрет их успеха.

«Фактор Путина» повлиял не только на результаты выборов, но и еще на два института.

«Фактор Путина» изменил роль партий в этих выборах. Собственно, эта роль никогда не была большой. Но именно на губернаторских выборах партийные аппараты работали как выборные институты. На этих же выборах авторитет Путина существенно ослабил роль партий. Если по отношению к «Единой России» это не очень заметно, то в действиях оппозиционных партий, а особенно КПРФ, это видно.

Коммунисты на этих выборах выступили скромно, что усилило разговоры о закате партии. Но если подумать: а какую ещё роль, кроме пассивной, могла принять КПРФ на выборах, которые по факту стали референдумом по доверию Путину? КПРФ готова бороться с «Единой Россией» за губернаторские кресла, но не выступать против Путина. Это не только опасно, но и не нужно КПРФ. Партия критикует экономическую политику, но стратегию Путина она никогда под сомнение не ставила. Так что можно говорить не о закате, а об отступлении коммунистов.

Тоже можно говорить и о других партиях парламентской оппозиции. Поэтому ослабление роли партий в данной избирательной кампании –  вещь естественная. Но следующий раз, когда фактор Путина не будет играть так сильно, роль партий снова будет расти.

В похожей, но в гораздо более сложной ситуации оказались региональные элиты. Если для политических партий противопоставление себя Президенту опасно и бессмысленно, то для региональных элит это смерти подобно. Именно сегодняшняя система гарантирует их место в элите.

Поэтому региональные элиты приняли новичков как нечто неизбежное, как смену времен года. В регионах практически не было кампаний под лозунгом «Чужака вон!» Хотя население обычно чувствительно к подобным лозунгам. И произошло то, чего не могло не произойти: при поддержке или, в крайнем случае, нейтралитете местных элит новички победили с большим отрывом. Но именно в этом успехе и главная опасность. Внутриэлитные противоречия никуда не делись. Они не исчезли, они отложены.

Во-первых, старые элиты согласились с первенством новичков, но лишь до тех пор, пока новая метла не ущемляет их интересы. Но не ущемлять новый начальник сможет только в одном случае: если ничего не будет делать. Во-вторых, политика и государственное управление  – игра командная, за новым руководителем придет команда.

И, наконец, в-третьих, даже если новый лидер не ущемит интересов местной элиты, сама элита сделает все, чтобы ущемить его интересы. Превращение неизбежного, но чужого лидера в английскую королеву, которая царствует, но не правит, –  идеальное решение для местных элит. Но молодые и амбициозные руководители вряд ли с этим согласятся.

В результате внутриэлитной борьбы избежать вряд ли удастся. Только начнется она чуть позже и в скрытой форме, будет долгой и ожесточенной. И главная опасность для новых губернаторов – пропустить момент начала этой борьбы, особенно в свете будущих президентских выборов.

Выборы в Москве

Выборы в Москве имели большой резонанс. Оппозиция заявила о своей победе, получив 10% голосов и контроль над рядом муниципалитетов. И, похоже, это даже больше, чем она сама ожидала. Политическое значение этой победы довольно высоко: впервые за долгое время оппозиция продемонстрировала, что она может побеждать, тем более в столице.

Но и переоценивать этот эффект не стоит. Если говорить не эмоционально, а рационально, то никакой победы оппозиции нет, потому что 10%  – это не победа. Это поражение, пусть и с менее разгромным, чем обычно, счетом. И главное – не выполнена основная задача этих выборов для оппозиции: получить столько муниципальных мандатов, чтобы гарантировать себе прохождение муниципального фильтра на выборах мэра Москвы. Когда эмоции улягутся, политический эффект от московских выборов существенно ослабнет.

Но важно другое: причины этого успеха. О технологических ошибках московских властей много сказано. Куда интереснее именно успешные решения оппозиционеров. Они апеллировали к активной части населения, к тем, кого не удовлетворяет патерналистский стиль власти, сумев сделать этих людей своей опорой. Существовал на запрос на смену политического стиля, и они смогли на него ответить, распространив влияние не только на людей с оппозиционными взглядами, но и на горожан, ищущих решения конкретных проблем. Причем, именно ищущих, а не ожидающих этого решения от власти. Столичная власть запрос на новый политический стиль не заметила.

Муниципальный фильтр

Единый день голосования снова актуализировал вопрос о муниципальном фильтре.

Главная польза фильтра в том, что он заставляет политические партии работать на местном уровне. Давайте честно скажем, что если бы не фильтр, даже на московских муниципальных выборах не было бы такого уровня конкуренции, а муниципальные выборы в глубинке просто прошли бы незамеченными для серьезных политических партий.

А между тем политическая система является системой только тогда, когда идет активная работа на всех уровнях. Но бедность и слабость российских муниципалитетов делает борьбу за них не интересной для серьезных политических сил. А это, в свою очередь, лишает политическую систему основания. Именно на местном уровне политика встречается с реальными (живыми) людьми. И необходимость находиться на низовом уровне делает политику более реалистичной.

Принципиально эту проблему можно разрешить, усилив муниципалитеты – перераспределив в их пользу налоги и полномочия. Но пока это не сделано — и не будет сделано ещё очень долго — муниципальный фильтр должен оставаться.

Долгосрочные результаты: смена элит как окончательная цель

Остаётся вопрос, зачем президент провел кадровые перестановки в регионах до президентских выборов, тем самым превратив губернаторские выборы в референдум по доверию себе. Конечно, при путинском уровне поддержки большой проблемы это не составило, но, на первый взгляд, не совсем понятно, какую пользу принесло.

Сам Путин объяснил отставки необходимостью смены поколений. Но опять же вопрос: зачем нужна эта смена, почему она не могла потерпеть до 2018 года?

Смена поколений, а не просто замена отдельных людей, необходима тогда, когда нужно кардинальное изменение той сферы, в которой эти люди действуют. В нашем случае это политическая сфера и сфера государственного управления, которые в России почти совпадают. И необходимость таких изменений диктуется изменением самого общества.

С одной, стороны рядом с бедным большинством, в силу своей бедности жаждущим патернализма государства, вырос новый слой, который надеется в первую очередь на себя, а поэтому требует от государства создания условий, а не контроля над собственной деятельностью. Этот слой состоит из двух групп: экономически активного и уже чего-то добившегося среднего класса и молодежи, которая всегда считает, что если ей не будут мешать, она многого добьется.

Обе эти группы важны для общества: средний класс придает динамику экономике, молодежь – это будущее. Поэтому значение этого слоя гораздо больше, чем его количественный вес. А этот «новый» слой хочет новой политики, нового политического стиля: более конкретного более тонкого, когда широковещательные популистские заявления и акции заменяются четкими планами и конкретными делами, а монолог – диалогом.

С другой стороны, политика за четверть века перестала быть для нас экзотикой, периодической революцией или спортивным состязанием, поэтому и полностью поддерживающее власть большинство хочет изменение политического стиля. Хочется четкости и конкретики, особенно от региональных и местных властей. Общество взрослеет, должен меняться и стиль общения с ним.

Но столь радикальная смена стиля возможна лишь при условии смены носителя этого стиля – со смены хотя бы части политического сегмента элиты.

Президент уловил этот запрос общества и начал замену губернаторов на людей нового стиля. Причем сделать можно только сверху, так как региональные элиты достаточно консолидированы, чтобы долго игнорировать запросы снизу. К чему может привести игнорирование таких запросов общества, показали московские выборы.

Но остается последний вопрос: зачем это делать до марта 2018? Причин две.

Первая причина стратегическая – это длительность и масштабность процесса. Эффективная смена элит – это не ломка, а выращивание, процесс длительный, требующий постоянного внимания.

Вторая причина – тактическая. Президент в России не лидер политической партии с определенной идеологией, а лидер страны: лидер всех россиян, вне зависимости от идеологий. И поэтому ему нужна не только поддержка большинства, но и поддержка меньшинства, которой в сегодняшних условиях добиться будет очень трудно, если вообще возможно. Так что смена элит и стиля – это и стратегическое направление, и предвыборный ход, создающие дополнительные трудности, но и позволяющие надеяться на больший выигрыш.

Российское общество развивается и усложняется, требуя смены элит и политического стиля. Президент понял это и начал с губернаторского корпуса. Выборы 10 сентября стали важной вехой этого процесса – предварительным этапом президентских выборов, который действующий президент выиграл. Выборы продемонстрировали, что там, где стиль меняется, достигается успех, а там, где, как в Москве, запрос на изменения не услышан, результаты скромнее. И это главный урок единого дня голосования.

Дмитрий Журавлев