О некоторых итогах административной реформы в Подмосковье

15.02.2017
Раздел: Публикации

Подмосковная административная реформа с шумом въехала в предвыборный год, и сейчас противники преобразований переходят к практическим действиям. Так, в Мособлсуд подан иск о признании незаконными областных законов о создании городского округа Шаховская и упразднении Шаховского муниципального района. Почему такой иск появился? В чем причина недовольства? Попробуем разобраться.

Позиция областных властей

По словам главы Московской области Андрея Воробьева, смысл реформы – в укрупнении муниципалитетов и сокращении чиновничьего аппарата. Предполагается объединение ряда городов с районами и образование городских округов там, где это возможно. В результате у города и района появляется единая администрация. Экономия от реформы оценивается ее авторами в 10 миллиардов рублей. Данные деньги обещают пустить на различные социальные программы.

Также в рамках реформы планируется объединение слабых в экономическом плане поселений (дотируемых на 100% из регионального бюджета) с более сильными соседями с целью привлечения в них инвесторов. Из 188 поселений Московской области власти выделили 100 слабых, которые, как рассчитывают авторы реформы, будут подтянуты в ходе объединения.

На первый взгляд, все выглядит логично: в условиях непростой экономической ситуации было решено сократить траты не за счет социальных программ, а за счет чиновников, изменив структуру управления. Однако не все согласны с такой точкой зрения. Рассмотрим их аргументы.

Позиция противников реформы

Аргумент первый, морально-бытовой. Почему богатые поселения должны делиться с бедными своими доходами? Последние формируются за счет налогов, собираемых на данной территории, в том числе за счет налогов на землю. У «кулаков» земельный налог вырос в десятки раз, а где-то он по-прежнему составляет сущие копейки. Так почему же те, кто больше платит в казну, еще и должны делиться своими отчислениями? Разве это справедливо?

Можно возразить, что данная мера – временная. Пусть в сегодняшних тяжелых условиях богатые помогут бедным, чтобы не допустить полного упадка. А затем мы на сэкономленные средства запустим развитие, и в новых условиях «раскулачивания» уже не будет. Это, конечно, теоретически возможно. Но здесь в игру вступает второй аргумент – административно-экономический.

Нет никакой уверенности, что слияние приведет к существенному сокращению аппарата. Управленческие функции в процессе слияния никак не изменятся и никуда не исчезнут. Авторы реформы говорят о сокращении за счет ликвидации дублирования управления. Но возможности такой оптимизации не стоит преувеличивать.

Управление районом и городом нельзя полностью объединить – функции совпадают не во всем. Поэтому, скорее всего, произойдет не слияние, а переподчинение – мэр города станет заместителем главы района, администрация одного поселения юридически превратится в отдел администрации другого, и фактически все останутся на своих местах.

Третий аргумент – правовой. Изменение на уровне местных (муниципальных) советов, а именно – ликвидация местного самоуправления, квалифицируется противниками реформы как нарушение Конституции РФ.

Действительно, сокращение депутатского корпуса, предусмотренное реформой, пойдет за счет поселковых советов. По мнению противников преобразований, в нарушение конституционных прав граждан это приведет к фактическому превращению двухуровневой системы местного самоуправления (район – поселение) в одноуровневую (район).

Таким образом, все три направления реформы вызывают критику: объединение бедных поселений с богатыми не нравится жителям последних, эффективность сокращения аппарата вызывает сомнения, а сокращение местных депутатов входит в противоречие с Конституцией.

В данной связи рост протестной активности, вплоть до силовых столкновений сторон, выглядит вполне закономерным развитием событий.

Конечно, проще всего сказать, что «мутят воду» сокращаемые депутаты и управленцы. Отчасти это так и есть. Но протесты слишком широки, чтобы их можно было списать только на активность оставшихся за бортом реформы чиновников.

Рискну предположить, что недовольных задела за живое не столько сама реформа, сколько командно-административные, не терпящие возражений методы ее реализации. Даже на уровне поселений есть свои элиты, что уж говорить о городах и районах, тем более в таком регионе, как Московская область. Их вынесение за скобки при реализации столь масштабных преобразований – крайне неосмотрительный шаг.

Конечно, многое можно списать на то, что времени было мало – все основные вопросы необходимо было решить до наступления предвыборного года, предъявляющего особые требования к любым управленческим инициативам, тем более связанным с ослаблением представительных институтов. Однако на практике получилось то, что обычно получается при спешке: реформа, призванная повысить управляемость и предсказуемость региона накануне 2018 года, стала причиной возникновения новой проблемы, масштабы которой еще только предстоит оценить.

В начале декабря прошлого года вопрос «о защите права населения на осуществление местного самоуправления на примере Московской области» был поднят на заседании Совета по развитию гражданского общества и правам человека под председательством Владимира Путина. Несколькими днями позже в Серпуховском районе прошел Гражданский форум местного самоуправления, посвященный все той же «насильственной административной реформе». Теперь на повестке дня еще и иск в Мособлсуд как очередное свидетельство того, что эскалация напряженности продолжается, а протестная активность перестает быть стихийной, получая и организационное, и юридическое оформление.

Позитивный для подмосковной администрации момент в том, что протест не пошел по пути радикализации и пока находится, скорее, в дискуссионно-юридической плоскости. Но на календаре 2017 год, и ставки растут с каждым днем.

Дмитрий Журавлев, генеральный директор Института региональных проблем