Майдан невозможности: почему в России не будет революции

11.02.2017
Раздел: Публикации

Около трех тысяч человек приняли участие в пикете, который прошел на днях в Находке. Даже если число участников акции преувеличено прессой, все равно можно сказать, что людей собралось много. Поводом стали серьезные экологические проблемы.

Дело в перевалке угля, который в городских портах осуществляется открытым способом. И как только ветер меняет направление, над городом повисает облако угольной пыли.

Экологические проблемы стали причиной массовых акций в Челябинске. О смоге, который периодически накрывает этот уральский город, регулярно сообщают федеральные телеканалы. Местная прокуратура проводит проверки, но на ситуацию это влияет мало.

А в Новосибирске готовят уже третий митинг по поводу роста цен на услуги ЖКХ. Предыдущий состоялся в конце января этого года, и в нем приняли участие около тысячи человек.

Разумеется, эти три примера не претендуют на всеохватность. Но все же некоторые выводы сделать можно.

В качестве иллюстрации приведем данные администрации Челябинска о количестве публичных акций в городе. Если в 2013 году таковых насчитали 342, то в прошлом — 1637. Здесь, правда, стоит напомнить об изменениях в законодательстве: к публичным акциям теперь относятся мото- и автопробеги.

Впрочем едва ли увеличение количества акций можно отнести только на их счет. И, безусловно, самой распространенной формой стал одиночный пикет, который не требует согласования с властями.

Самыми популярными темами в 2016 году в Челябинске были защита прав обманутых дольщиков, экология, ювенальная юстиция. При этом в городской администрации отметили, что чаще мероприятия организуют простые граждане, а не партии.

Эксперты, которые по просьбе «Правды.Ру» прокомментировали ситуацию с протестами в регионах, не видят ничего странного в том, что политические организации оказались, скажем так, в стороне от происходящего.

Руководитель филиала Фонда развития гражданского общества (ФоРГО) в Новосибирской области Константин Антонов назвал в качестве главной причины деградацию государственного и муниципального управления.

«Прежде всего это отсутствие коммуникации и ослабление коммуникации, во-первых, в самой структуре власти, что приводит к определенным конфликтам среди элит. Второй момент — это ослабление коммуникации между властью, экспертным сообществом и населением. И это самая главная причина», — отметил политолог.

«С одной стороны, коммуникативные платформы, социальные сети, новые технико-технологические свойства коммуникации существенно изменяются, ускоряется скорость коммуникационных обменов на горизонтальным уровне между людьми. Но при этом закрытость власти ограничивает потоки коммуникации. И вот эти вещи накладываются друг на друга, происходит противоречие», — пояснил он.

Гендиректор Института региональных проблем Дмитрий Журавлев предлагает разделять социальный и политический протест.

«Социальный протест есть. Потому что концы с концами свести все труднее. Рыночная экономика не может жить без покупателя. А бедному покупателю не на что покупать. Поэтому возникает некий порочный круг: когда экономика не растет, потому что покупателю не на что покупать, а работнику, потенциальному покупателю, нечем платить зарплату, потому что экономика не растет. И это большая проблема. Она существует в очень многих регионах, включая даже весьма благополучную Московскую область, где наблюдается целый ряд разных социальных всплесков», — сказал политолог.

При этом Константин Антонов и Дмитрий Журавлев сходятся во мнении, что социальные протесты едва ли перерастут в политические.

«У поколения старше двадцати есть очень сильная прививка в виде 1990-х годов», — пояснил свою точку зрения гендиректор Института региональных проблем Дмитрий Журавлев. По его мнению, люди помнят, что резкое изменение социальной ситуации принесет им скорее вред, нежели пользу.

«Потому что 90-е годы это и показали. Был социальный протест. Люди сказали: «Поскольку все плохо, вы ничего делать не умеете, мы новую власть изберем». Сделали — жить стали еще хуже. Это первая сторона», — подчеркнул он.

«Вторая сторона: люди, которые у нас рулят политическим протестом, — это богатые. Политический протест в России — это протест богатых. И социальный протест, и политический, в отличие от Украины, в России не сходятся. Они враждебны друг к другу. Потому что главным противником для курганских людей, которые едут на автобусе, является не губернатор, не говоря уже о президенте, а владелец автобусного парка, который задирает тарифы. А именно богатые громче всех кричат: «Долой власть!», — отметил эксперт.

«Наши люди власть, может быть, не очень любят, но наших оппозиционеров они не любят еще сильнее. Я имею в виду правых. Наших правых, потому что на Западе правыми называют других. И поэтому у нас Майдана не будет. Наши люди будут страшно ругать власть, требовать улучшения социальной ситуации. Но если дойдет до дела, они скорее побьют наших оппозиционеров, чем власть», — полагает Дмитрий Журавлев.

Не менее резок в оценках и Константин Антонов.

«Для того чтобы мобилизовать протесты, лидерам оппозиции необходимо предложить альтернативу. Для того чтобы предложить альтернативу, нужно погрузиться в проблему, иметь определенные компетенции. Теперь перечислите мне лидеров оппозиции, кто на это способен. Пенсионер Явлинский? Ну, он сделает программу не «500 дней», а «501 день», но она не выполнится. Или Навальный? Кто? Посмотрите на них! Это же кунсткамера», — заявил эксперт.

Источник: Pravda.ru